Мы заботимся о наших покупателях, поэтому так важно знать Ваше мнение. Все Ваши предложения, пожелания или претензии по работе компании будут доставлены Директору по качеству.

+7

Илья Компанец: Власть должна снижать риски для бизнеса

Илья Компанец: Власть должна снижать риски для бизнеса

Владелец семейного бизнеса — компании ЭЛЬБОР — Илья Компанец, в интервью интернет-изданию Прямая речь рассказал, в чём уникальность успешных бизнес-проектов из Боровичей, как в реальности заботится государство о предпринимателях и что нужно сделать с налогами, чтобы бизнес начал реально развиваться. 

ПР: Боровичи в Новгородской области — родина крупных предприятий, многие из которых известны далеко за пределами региона и России. Есть ли в этом какая-то уникальность или какой-то секрет бизнеса?

ИК: Знаете, я тоже часто думал об этом и, мне кажется, что сегодняшнее состояние Боровичей, как активного промышленного центра, обусловлено совокупностью двух основных факторов. Первый фактор, это исторически высокий уровень развития промышленности в городе, а второй фактор — внутренняя конкуренция. Первый создал предпосылки, а второй развил их, ускорив позитивные процессы. Я объясню, что это значит.

Боровичи и в Советском Союзе был хорошо развитым промышленным городом. У нас действовали крупные, сложные предприятия в разных сферах. Это было бы невозможно без мощной кадровой базы, которую представляли высококвалифицированные специалисты в металлообработке, станкостроении, деревообработке и прочих отраслях. К концу 90-х годов, когда кризис 1998 года возродил спрос на российские товары, бизнес очень быстро задействовал и остатки промышленного потенциала, и сохранившиеся кадры. Начали активно использоваться и здания и оборудование, пригодились все работники всех специальностей. К 2001-му база для развития была сформирована, спрос увеличивался и бизнес уже мог задумываться не только о выживании, но и о дальнейшем развитии.

А потом наступил период внутренней конкуренции за ресурсы. Слово «безработица» мы забыли примерно в 2002 году. С тех пор, насколько я себя помню, практически до 2008 года, шла активная борьба за все квалифицированные и неквалифицированные кадры. Не хватало всех и, чтобы выжить и не отстать от рынка, пришлось работать над повышением производительности труда, менять технологии, заняться обучением кадров и т.д. и т.п. Не можешь предложить адекватную зарплату? Некому будет работать! Это сильный стимул и он держал бизнес в тонусе много лет. Вот и развились в условиях жесткой конкуренции.


ПР: На одном из совещаний местные чиновники заявили, что бизнес в Боровичах развивается до сих пор по правилам 90-х, когда местные предприниматели — закрыты и без энтузиазма пускают бизнес извне. Ваши комментарии. И сказывается ли эта специфика на работе вашего предприятия?

ИК: Я не вижу никакой боровичской фронды. Ее и не может быть, так как непонятно, какие механизмы мы, как предприниматели, можем задействовать для противостояния приходу бизнеса извне? Поднимать народ против того, чтобы они имели новые рабочие места и высокие зарплаты? Ну, это же нонсенс. Все громкие проблемы с новыми инвесторами были связаны, во-первых, с экологией, что действительно волнует наших граждан, а во-вторых, с тем, как власть пыталась провести решения о строительстве новых заводов (например, по переработке свинцовых аккумуляторов). Вместо реального обсуждения, качественной подготовки и вовлечения общественности в процесс принятия решения, людям показали, что их используют как массовку, что с их мнением не собираются считаться.

Ну и если посмотреть на источники возникновения общественного недовольства, то здесь нет никаких секретов — форумы, социальные сети и прочие современные способы коммуникаций позволяют активным гражданам влиять на распространение информации и оперативно привлекать сторонников. И эти активные граждане не бизнесмены, это обыкновенные горожане и они не прячутся, они все на виду. Какие ту могут быть заговоры? Нам еще далеко до гражданского общества, но, я считаю, что боровичане, в предыдущие годы, показали достойный уровень гражданского самосознания и это хороший опыт. Я уверен, что если мы дождемся ответственных инвесторов с понятными проектами, а власть при этом предпримет все здравые меры для вовлечения населения в реальный процесс принятия решений, то весь город с удовольствием проголосует «за».

ПР: Трудно ли управлять семейным предприятием? Есть ли так называемые отношения детей и отцов в бизнесе, непонимании между поколениями? Если есть — как довариваетесь?

ИК: Предприятием управлять вообще трудно. Но, я понимаю ваш вопрос, конечно, в работе на семейном предприятии есть свои издержки. Их нужно понимать и ими нужно управлять. Главное, что необходимо сделать — определиться с ответственностью и полномочиями. Неважно, какие отношения связывают нас вне бизнеса, внутри него мы действуем исключительно в соответствие с организационной структурой компании и в рамках своего функционала. Если я являюсь генеральным директором, назначенным учредителями, то мне все равно кто кому родственник. Моя главная ответственность — жизнеспособность компании. Я принимаю все решения, в том числе и кадровые только через эту призму. Только профессионализм может быть причиной работы сотрудника в компании ЭЛЬБОР, больше никакие факторы не рассматриваются. Так как всем это известно не только на словах, но и на практике, то иллюзий никто и не питает. Ну а что касается моего отца, который руководил компанией до 2005 года, то он давно пенсионер и мы прекрасно ладим. Нам не очень просто давался переходный период, но все позади и сегодня — ни конфликтов ни трений нет.

ПР: Какой этап в современной истории компании можно назвать самым удачным и самым тяжёлым?

ИК: Безусловно, удачным было решение, принятое в 2006 году, выйти на рынок стальных дверей. Это было не простое решение, но если бы не оно, то той компании, какой является сегодня ЭЛЬБОР, не существовало бы. Проверку на прочность это решение прошло в самом тяжелом для компании году — 2009-м, когда только продажи стальных дверей позволили нам удержать компанию на плаву. Мы не только не потеряли объем продаж, но и смогли по итогам тяжелейшего года прибавить несколько процентов. Но, тем не менее, это был именно тот год, повторение которого видится страшным сном!

Сегодня же компания находится на новом витке роста, мы прошли сложный этап вывода на новой продукции, продаем сегодня стальные взломостойкие двери практически по всей России, в Беларуси, в Украине, Казахстане. Я не думаю, что впереди у нас легкие годы, все-таки еще много все предстоит сделать, но компанию федерального масштаба мы уже создали. Теперь нужно закреплять успех и завоевывать лидерские позиции на целевых рынках нескольких стран. Это сложно, но вполне нам по силам.

ПР: Как решается вопрос с кадрами? Вкладывает ли компания в обучение и «выращивание» собственных трудовых ресурсов, научных разработок?

ИК: Конечно, от качественных кадров зависит все, это не обсуждается. И конечно, хотелось бы получать эти кадры готовыми, быстро вовлекать в работу и получать от них результат. Но я давно понял, что это не реально. За какими-то крайне редкими исключениями, нам приходится заниматься персоналом самостоятельно. Это связано и с низким качеством образования и с тем, что сегодня получить реальный опыт работы на современном производстве, с современными системами организации для работника практически невозможно. Притом, что у нас есть хорошо работающие предприятия, говорить о высоком уровне производственного менеджмента в нашей стране — отрываться от реальности. Западные компании сильны сегодня не оборудованием, например Япония, США или Европа не уступают друг другу в техническом оснащении, а совсем другими ценностями. Сегодня промышленный дизайн, маркетинг, логистика, операционный и проектный менеджмент это те сферы, которые определяют успех или провал компаний на развитых рынках. Ну и где у нас, в России специалисты в этих сферах? Как можно развиваться, не занимаясь развитием этих направлений и обучением специалистов внутри компании? Мы делаем это и будем и дальше наращивать свои усилия в развитии своих сотрудников и усилению их компетенций. К сожалению, это хоть и долгий, но единственный выход.

ПР: Власти Новгородской области много говорят о привлечении инвестиций: то, что есть сейчас, их не устраивает. По вашему мнению, что мешает региону стать привлекательной инвестиционной площадкой? На какой отрасли нужно делать акцент?

ИК: Я, наверное, не открою большой тайны, хотя говорить об этом не очень приятно — у нас проблемы с инвестиционным климатом не только в Новгородской области, а во всей стране в целом. Региональные и местные власти, конечно, заинтересованы в инвестиционной привлекательности своих территорий, но, мне кажется, что от них зависит не так уж много. Мы же знаем, что вместо притока инвестиций в страну, идет мощный отток, причем официально подтверждаемый. Ну и за что тут Новгородские власти должны бороться? За утекающие деньги? Впору ставить задачи по минимизации оттока инвестиций, а не по привлечению новых.

Сегодня бизнес не чувствует себя нужным стране. Мы не видим достаточных мер по защите частной собственности, у нас отсутствует корпоративное законодательство, налогообложение странное (один НДС чего стоит, как может страна, которая хочет наращивать добавленную стоимость в своем ВВП, облагать эту самую добавленную стоимость налогами?), нас постоянно пугают уголовным кодексом за какую-то ерунду и т.д. Имидж предпринимателя в стране крайне низок и, с такими темпами, желающих им заниматься, практически не останется. Это все реальные проблемы для властей всех уровней и пока ими не начнут всерьез заниматься, предпринимательство и желание инвестировать не приобретут массовый характер.

Бизнесмен, и так реально рискующий своим имуществом вследствие рисков бизнеса, еще и вынужден рисковать по другим причинам. Мне кажется, задача государства в том, чтобы максимально снижать риски для предпринимателей. Убирать все факторы, которые могут привести бизнес к неудаче, обеспечивать комфортные условия для честной конкуренции и формировать позитивное восприятие предпринимателей в обществе. Все это по силу только государству и я не понимаю, почему эти понятные задачи властью активно игнорируются.

ПР: Малый и средний бизнес в Новгородской области уверен, что этот сектор экономики в России не нужен. Так они заявляют, ссылаясь на постоянный рост налогов, который им приходится платить. Как вы считаете, есть в России малый бизнес, каково к нему отношение и каким вы видите будущее малого бизнеса в нашей стране?

ИК: Когда мы слышим с трибун, что у нас один из самых низких подоходных налогов в мире, то за страну берет, конечно гордость. Но когда я, как руководитель компании понимаю, что на самом деле с каждого заработанного рубля рабочий платит примерно 70 копеек, что включает подоходный налог, социальные взносы и НДС, то цифра становиться не такой уж радужной. Согласитесь, что 13% и 70% отличаются достаточно сильно. И это реальная правда, которую наши работники не знают. Они не платят налоги сами, их агентом выступает компания, и они не видят тех существенных сумм, которые перечисляются за них в бюджеты. Ну, подняли ЕСН несколько лет назад на 50% и что, кто-то из рабочих это заметил? Конечно, нет, зарплата ведь осталась прежней!

А вот предприниматели свои деньги видят и отдают их государству своими руками, поэтому и шумят о повышении. Хотя, сегодня уровень налогообложения зарплат в производстве как минимум в два раза превышает налогообложение в малом бизнесе. Мы реально платим за своих работников в разы большие суммы, чем те, которые сегодня считаются неподъемными после повышения налогов для предпринимателей. Конечно, с точки зрения справедливости это неправильно, ведь система пенсионного обеспечения у нас, фактически, солидарная. Ситуацию, безусловно, нужно исправлять, но такими ли способами?

Я считаю, что дисбаланс в налогообложении малого бизнеса и крупного бизнеса надо устранять за счет снижения налоговой нагрузки на крупный бизнес, а не повышением на малый. Сегодня бизнесу нужны инвестиции, людям нужны зарплаты и если оставить бизнесу деньги, он распорядится им существенно лучше, чем государство. И не придется придумывать никаких хитрых схем для привлечения инвестиций. Инвестиции сами будут сгенерированы бизнесом. Эти средства позволят набрать недостающие темпы роста экономики и не придется ни для кого повышать налоги.

ПР: Мировая экономика, в частности европейская переживает затяжной финансовый кризис. Чувствуется ли его влияние на вашу компанию? Какие вы видите для себя дальнейшие перспективы развития рынка, на котором работаете?

ИК: Конечно, работать на растущем рынке очень приятно и мы помним те времена, в середине 2000-х годов, когда рост цен на нефть провоцировал неадекватный рост потребления, что позволяло многим не задумываться о качестве своего бизнеса. Сегодня ситуация другая, мировая экономика не посылает позитивных сигналов, следовательно и нашей стране не стоит рассчитывать на возврат в «тучные нулевые». Чем тут выигрывать и как расти?

Только за счет современных бизнес-моделей, качественного менеджмента и инвестиций. У компании ЭЛЬБОР это все есть, и мы позитивно смотрим в будущее. Мы знаем, что строительный рынок будет медленно, но увеличиваться, жилищная проблема не из тех, от которых может так просто отмахнуться государство, поэтому катастрофы не будет. Нам останется бороться с конкурентами. Мы планируем продолжать инвестиции в производство, выводить на рынок новые модельные ряды стальных дверей, предлагать потребителям современный дизайн отделок и т.д. Конечно, планируем много внимания уделять качественной рознице, и в течение нескольких лет покрыть территорию страны сетью фирменных магазинов ЭЛЬБОР.

Источник: http://pryamayarech.ru/interview/5702/